ТЕХНОЛОГИЧЕСКАЯ МАТРИЦА

Процесс формирования многополярного мира сопряжен с трансформацией в системе глобального экономического управления. В условиях изменений баланса сил в мировой экономике и модернизации международных институтов усилилась конкуренция за влияние на процессы реструктуризации и построения новых механизмов управления. США и их союзники противостоят любым попыткам изменить «архитектуру управления, построенную... для получения доступа к мировым ресурсам и экономике через систему многосторонних институтов и правил»1. Бенефициары старой системы ведут последовательную работу в ключевых международных структурах и в рамках двусторонних отношений с широким кругом партнеров для сохранения влияния в Бреттон-Вудских институтах и создания нового экономического порядка в своих интересах.

Усилия по торможению реформы международной валютно-финансовой системы, переформатированию правил международной торговли и созданию новых институтов климатического управления дополняются действиями по формированию управления цифровой экономикой и ИИ. В силу уникальности воздействия ИИ на все сферы политики, экономики и международной кооперации влияние в глобальном управлении ИИ будет определяющим фактором баланса сил в будущей системе глобального экономического управления. Отсюда стремление развитых стран обеспечить доминирование над определением стандартов ИИ, норм и правил разработки, применения и управления ИИ.

Россия, наши партнеры по БРИКС и страны с формирующимися экономиками — члены «Группы двадцати» выступают за политику цифрового суверенитета и сотрудничество, направленное на создание справедливого, инклюзивного и равноправного управления ИИ, в котором центральное место имеет ООН и которое учитывает интересы всех стран. Несмотря на формальную всеобщую поддержку этой задачи в ключевых документах самых разных многосторонних структур, реальные цели участников существенно различаются.

Противоречия явно проявляются на общих площадках, в ООН и «двадцатке».

В рамках начавшегося в 2025 году в ООН процесса формирования глобального управления ИИ предметом разногласий стали характер и масштаб задач его основных механизмов, Глобального диалога (ГД) по вопросам управления ИИ и Независимой международной научной группы (НМНГ) по ИИ, полномочия мандата сопредседателей и ожидаемый результат диалога. В переговорах на площадке ООН ведущую роль пока играют западные страны, в том числе НПО и технологические корпорации. Возможности участия и влияния представителей развивающихся стран существенно отстают. Соответственно задача подготовки к 2027 году проекта Резолюции по управлению ИИ была сопряжена с риском принятия документа, фиксирующего конкурентные преимущества западных компаний, усугубляющего проблемы неравенства и создания новых форм технологической зависимости.

По итогам консультаций мандат ГД существенно снижен: сопредседатели Диалога проведут межправительственные консультации для выработки общего понимания приоритетных вопросов управления ИИ в международном формате. Тем не менее сохраняются риски формирования при поддержке ООН экосистемы международного управления ИИ, закрепляющей подавляющее влияние западноцентричных структур — ОЭСР, Глобального партнерства по искусственному интеллекту (ГПИИ), «Группы семи», Совета Европы, национальных и региональных инициатив. Анализ показывает, что возможности влияния этих механизмов высокие и усиливаются сетевым эффектом. Зачастую они являются в высшей степени политизированными и в значительной степени определяются интересами отрасли.

ГПИИ, инициированное «семеркой» в 2018 году, позиционируется как альянс, объединяющий усилия развитых и развивающихся стран. Акцент делается на участии экспертных центров, бизнеса и взаимодействии с международными организациями, включая «Группу двадцати»» и структуры ООН, для внедрения заслуживающего доверия ИИ, основанного на принципах Рекомендаций ОЭСР по ИИ. К 2025 году партнерство объединило 44 страны-участницы — прежде всего членов «семерки» и ОЭСР, которая обеспечивает платформу функционирования ГПИИ. Из стран БРИКС в ГПИИ активно участвуют Индия и Бразилия. По сути ГПИИ — институциональный механизм расширения сети сотрудничества «семерки» для формирования общих подходов и наращивания влияния на параметры управления ИИ.

С 2023 года «Группа семи» в тандеме с ОЭСР, ГПИИ и Международным форумом по управлению ИИ реализует структурированный Хиросимский процесс по созданию механизмов и правил глобального управления ИИ, основанных на нормах и ценностях «семерки», механизмах и экспертизе ОЭСР. Цель процесса — формирование инклюзивной системы управления ИИ для решения задач управления рисками, защиты общества и общих демократических ценностей. К участию «семерка» привлекает страны и заинтересованные стороны. Список стран-сторонников на начало 2025 года включает 56 государств, в том числе Индию и ОАЭ.

Саммиты по приоритетным вопросам управления ИИ — это еще один механизм подключения широкого круга стран к формированию управления ИИ, основанного на правилах и ценностях Хиросимского процесса. Саммит по безопасности ИИ 2023 года был посвящен взаимодействию по первому блоку Хиросимского процесса: выявлению и преодолению рисков разработки и развертывания передовых систем ИИ. Подписантами декларации стали 30 стран, включая нескольких членов БРИКС (Бразилия, Китай, Индия, Индонезия, КСА, ОАЭ).

Состав подписантов Сеульской декларации от 2024 года за безопасный, инновационный и инклюзивный ИИ по итогам второго саммита — члены «семерки», Австралия, Корея и Сингапур, хотя список участников шире и включает, в том числе, Китай, Индию, КСА и ОАЭ.

Парижский саммит действия по ИИ 2025 года под сопредседательством президента Франции Э. Макрона и премьер-министра Индии Н. Моди хотя и завершился принятием декларации представителями 61 страны, ознаменовался отказом США и Великобритании подписывать итоговый документ.

ОЭСР обеспечивает аналитическую поддержку политических дискуссий, направленных на выработку общих подходов, норм и инструментов политики ведущих членов организации. Рекомендация ОЭСР по ИИ, принятая в мае 2019 года, позиционируется как первый межгосударственный стандарт по ИИ, основа для создания регуляторной среды и стандартов, которые будут способствовать ответственному управлению ИИ при соблюдении прав человека и демократических ценностей.

Рекомендация включает пять принципов ответственного управления ИИ и рекомендации по внедрению принципов в национальную политику и международное сотрудничество (к Рекомендации присоединились члены БРИКС — Бразилия и Египет). Принципы последовательно внедряются в экспертную работу и практику международных организаций. «Группа двадцати» в 2019 году поддержала принципы, а в 2020 году — рекомендации по национальной политике и международному сотрудничеству, основанные на документе ОЭСР. Присоединение стран — не членов ОЭСР и одобрение «Группы двадцати» легитимировало Рекомендацию ОЭСР в качестве основы для широкого сотрудничества.

Закон ЕС об ИИ (Регламент ЕС 2024/1689 от 13 июня 2024 г., устанавливающий гармонизированные правила в области ИИ2) претендует на то, чтобы стать глобальным стандартом регулирования ИИ, хотя далеко не все проблемы такого регулирования нашли в Регламенте оптимальные решения. Влияние Регламента определяется тем, что его действие распространяется на компании, независимо от того, находятся они в ЕС или в третьей стране. Проблемы связаны со значительным количеством решений, разработка которых делегирована Европейской комиссии; существенным влиянием технологических компаний; ролью европейских организаций по стандартизации в конкретизации закона. Спорные вопросы включают определение критериев классификации систем ИИ общего назначения и различные наборы требований к моделям общего назначения и моделям с системным риском; фактическое освобождение поставщиков открытых моделей ИИ с открытым исходным кодом от требований, связанных с прозрачностью, за исключением случаев, когда они могут представлять системный риск. Регламент не снимает рисков усиления концентрации рыночной силы технологических компаний, не решает проблемы контроля уровня доступа и конкуренции.

Несмотря на многие проблемы, к закону как к эталону регулирования уже обращаются многие юрисдикции, включая партнеров России по БРИКС. Одновременно ЕС укрепляет возможности влияния на процессы формирования глобального управления ИИ в рамках региональных, двусторонних и многосторонних механизмов (советы по торговле и технологиям, цифровые партнерства, цифровые и кибер-диалоги, соглашения о партнерстве, соглашения о свободной торговле), участниками которых также являются партнеры России по БРИКС и «двадцатке».

В 2024 году открыта к подписанию Рамочная конвенция Совета Европы об ИИ и правах человека, демократии и верховенстве права. Документ, подписантами которого являются все члены «семерки», считается первым в истории международным юридически обязывающим договором в этой области и нацелен на то, чтобы деятельность систем ИИ полностью соответствовала правам человека, демократии и верховенству права, а также способствовала технологическому прогрессу и инновациям.

Таким образом, члены «семерки» и ОЭСР реализуют стратегию создания и внедрения отражающих их ценности и интересы правил для ИИ в системе ключевых институтов, включая ООН и МСЭ, «Группу двадцати», региональные и двусторонние механизмы.

Развивающиеся страны все более ясно осознают риски «фрагментированного подхода к формированию управления ИИ и пересекающихся инициатив, в которых доминируют политические нарративы небольшой группы стран, а интересы стран с низким и средним уровнем дохода игнорируются»3. В незападных структурах постепенно активизируется диалог, направленный на определение качества глобального управления ИИ. Однако их взаимодействию пока не хватает охвата и интенсивности. Так, в ЕАЭС, несмотря на усилия России, только намечена подготовка плана по развитию сотрудничества в сфере ИИ на 2026–2030 годы. В 2026 году планируется подписать Совместное заявление об ответственном развитии ИИ в рамках ЕАЭС. В ШОС в 2022 году принята Программа сотрудничества между уполномоченными органами государств-членов по развитию ИИ. Программа сфокусирована на взаимодействии между членами в области разработок и применения ИИ; проведении совместных исследований; стимулировании инвестиций; совместном производстве продукции. Однако дорожная карта реализации программы до сих пор не согласована.

В «Группе двадцати» идет сложный процесс по согласованию подходов развитых и развивающихся стран к нормативно-правовым, структурным и технологическим вопросам. Текущий статус-кво представляет компромисс стремления развитых стран продвигать свои правила на основе рекомендаций ОЭСР и решений «семерки» и развивающихся стран «двадцатки» опираться на собственные механизмы и платформы ООН, избегать идеологизации сотрудничества по ИИ и рисков создания нормативно-правовых инструментов и технических стандартов, которые не учитывают потребности развития, могут увеличивать цифровые разрывы и создавать новые зависимости.

Конкретные шаги по пути усиления влияния развивающихся стран на процессы построения глобального управления по ИИ сделаны на саммите БРИКС в Рио-де-Жанейро в 2025 году. В Заявлении лидеров стран БРИКС по глобальному управлению в области ИИ определен общий подход к управлению ИИ; согласованы руководящие принципы по содействию ответственной разработке, внедрению и использованию технологий ИИ в целях устойчивого развития и экономического роста; сформулированы обязательства по их реализации.

В контексте конкуренции за определение параметров будущего управления ИИ приоритетами России являются координация с партнерами и сложение усилий для построения действительно инклюзивного и справедливого управления в рамках различных форматов, в том числе в ГД по ИИ, имеющего центральное место в системе взаимодействия и влияния на будущее управление ИИ.

Несмотря на то, что сотрудничество по управлению ИИ в незападных структурах пока идет сложно, целесообразно рассмотреть инициативу координации региональных проектов и процессов по ИИ.

Вариантом начала такого процесса могло бы стать сетевое взаимодействие по ИИ в рамках Большого Евразийского партнерства для сопряжения подходов к управлению ИИ.

Взаимодействие по формированию справедливой, равноправной и инклюзивной архитектуры управления ИИ может стать одним из стержневых направлений сотрудничества и строительства БЕП.