Е. ЦАРЕВ. ЛИЗИНГ БЕЗ ГРАНИЦ

Евгений Царев, председатель НП «Лизинговый союз»

– Евгений Маркович, давайте начнем с главного. Зачем создан Совет по международному лизингу и какую проблему он должен решить в первую очередь?

– Мы открываем путь к системной координации отрасли между странами, где лизинг реально работает и есть запрос на совместные проекты. Первая и самая длительная задача – правовая. Нам нужна новая архитектура международного лизинга с дружественными странами: от унификации ключевых понятий и процедур до механизмов исполнения решений судов. Сегодня действует Оттавская конвенция 1988 года: она хороша как набор модельных правил, и многие национальные законодательства, в том числе российский закон о лизинге, во многом повторяют ее подходы. Но модельные правила не обязательны к исполнению, и этого критически не хватает для реальных сделок.

– То есть сама конвенция – хорошая база, но «не едет»?

– Именно. Конвенция описывает, как «правильно», но не гарантирует, что это будет работать между конкретными юрисдикциями. В итоге каждая страна трактует конвенцию по-своему, а бизнес упирается в налоговые, таможенные и процессуальные барьеры. Например, в проблему двойного налогообложения и НДС по трансграничным ли зинговым сделкам. Формально у нас есть соглашения об избежании двойного налогообложения, но они не всегда покрывают специфику лизинга, часть соглашений расторгнута или пересматривается, и компании попадают в «серую зону».

– Какие страны сегодня связаны Оттавской конвенцией, и насколько это релевантно нашему региону?

– Конвенцию подписали восемь стран: Россия, Беларусь, Латвия, Венгрия, Нигерия, Панама, а также Италия и Франция с оговорками. Очевидно, что для евразийской коопеации охват крайне ограниченный. Поэтому мы говорим о ревизии и дополнении: не замене Оттавской конвенции, а надстройке над ней – многостороннем соглашении между евразийскими странами и далее расширяемом круге партнеров.

– Что должно быть в таком соглашении, чтобы международный лизинг стал предсказуемым?

– Необходимое условие – присоединение заинтересованных стран к базе общих правил. Достаточное – подписание плотного многостороннего соглашения, которое закрывает то, чего нет в конвенции. Первое – подсудность. В какой стране судимся, по каким законам, и как обеспечивается исполнение решения. Это может быть национальная юрисдикция одной из сторон или нейтральная третья страна. Но обязательность исполнения – ключ. Второе – налогово-таможенный контур: четкие правила, исключающие двойное налогообложение и непредсказуемые НДС эффекты. Третье – прикладные приложения: логистика, финансовая инфраструктура, единое информационное пространство по объектам лизинга, протоколы обмена данными между регулятора ми и силовыми ведомствами.

– Насколько реально создать общую базу предметов лизинга и статуса по ним (наличие ограничений) между заинтере сованными евразийскими странами?

– Это как раз предмет соглашений и административной воли. Нам нужен обязательный к применению межведомственный обмен: если объект в дефолте или под ограничением в одной стране, он не должен «материализоваться» под чистыми документами в другой. Это защищает и бизнес, и государство: финансовый мониторинг получает легитимный канал обмена, правоохранительные органы – инструмент розыска и пресечения злоупотреблений, а лизингодатели – прозрачность жизненного цикла актива.

– Кто может выступить «носителем мандата» для такой работы? Региональные объединения или нужна отдельная площадка?

– Нужна организация с международным статусом и широким спектром возможностей, имеющая опыт в развитии интеграционных процессов в различных сферах общественных отношений и потенциалом для выстраивания межведомственных связей, включая МИДы.

В нашем случае естественная площадка – Международ ная организация Евразийского сотрудничества. МОЕС взаимодействует с представителями органов власти, международными организациями, бизнес-сообществами, экспертами, деятелями науки и искусства, представителями религиозных конфессий на пространстве стран ЕАЭС, СНГ, Восточной и Юго-Восточной Азии, Африки, Латинской Америки и Карибского бассейна, Персидского залива.

Через такую площадку можно выстраивать первую «дипломатическую милю»: встречи на уровне внешнеполитиче ских ведомств, затем – с ассоциациями и рынком соответствующих стран. Это не громкие декларации, а методичная деятельность рабочих групп.

– Как будет работать Совет по международному лизингу на практике?

– Мы формируем рабочие пакеты.

• Юридический блок – ревизия норм, проект многостороннего соглашения, подсудность, признание решений, налогово-таможенный модуль.
• Регуляторно-технический – форматы обмена данными, реестры ограничений, идентификация объектов.
• Отраслевой – типовые договоры, методики комплаенса, страхование, оценка рисков и порядок изъятия и возврата активов.

Параллельно запускаем профильные группы с ассоциациями из России, Казахстана, Кыргызстана, Беларуси и Армении. Это регулярные встречи, пилоты, дорожные карты. В ближайшие месяцы представим повестку и план законодательных инициатив.

– Пока большая архитектура формируется, что можно сделать «здесь и сейчас», чтобы масштабировать международные сделки?

– Двигаться по двум трекам.
Первый – быстрая унификация типовых документов между «нашими» пятью странами: договоры, графики платежей, страховые требования и т.д. Это снижает транзакционные издержки уже сегодня.
Второй – «коридоры доверия»: пилотные сделки по заранее согласованным правилам между парами стран с участием госбанков и крупных лизингодателей.
Параллельно готовим соглашение о признании судебных решений и исполнитель ных производств по ограниченному перечню активов. Рынок получит ощутимую предсказуемость и статистику рисков, не дожидаясь полной гармонизации.

– Как вы видите географию расширения Совета за пределы ЕАЭС?

– Логика простая: добавляем юрисдикции с развитой лизинговой практикой и реальной готовностью к правовой синхронизации. Мы смотрим на страны, где объемы рынка существенные и есть интерес к совместным проектам. Например, помимо «наших» стран Евразии, это могут быть такие развитые в лизинговом отношении государства, как Индия и Бразилия.

– Если сформулировать в одном предложении, что поменяет Совет для бизнеса?

– Он превратит международный лизинг из единичных, штучно-собранных сделок в воспроизводимую практику с понятными правилами, подсудностью и исполнимостью – а значит, снизит риски и ускорит запуск совместных проектов.

НОВАЯ ЛОГИКА ЕВРАЗИЙСКОЙ ИНТЕГРАЦИИ
Лизинг как инструмент не работает в вакууме: ему нужна опора на реального поставщика машин и оборудования на локальном рынке. Когда производство и сервис рядом, лизинг превращается из абстракции в удобный способ сесть за руль нового автомобиля. Презентованный в конце августа проект локализации производства российских автомобилей под брендом Muras — как раз такой пример прикладной евразийской интеграции.

Muras (по-кыргызски «наследие») — это история о том, как сошлись звезды в одном проекте. Идею локализации в Кыргызстане предложил российский предприниматель-визионер Антон Собин; инициативу поддержали Минпромторг России и власти Кыргызстана. Выбор площадки не случаен: экономика страны динамично растет, есть готовность быстро настраивать правила, а членство в ЕАЭС упрощает промышленную кооперацию. Бишкек обеспечил условия для запуска — участок под завод, налоговые льготы, субсидирование ставок по лизингу для национальных автомобилей.

Muras – это не разовый эксперимент, а следующий шаг в череде успешных локализаций российских брендов за рубежом. Для Кыргызстана эффект осязаем: до 1% к ВВП к 2035 году, до 12 тыс. рабочих мест, более 500 млн сомов в бюджет ежегодно и снижение зависимости от по держанных автомобилей. Локализованное произ водство означает отлаженный сервис, доступные запчасти и предсказуемую стоимость владения. В сочетании с господдержкой новый автомобиль становится реальным конкурентом «вторички» из Европы и Азии — и по цене, и по качеству.

Отдельная задача — внешнее финансирование. Мы развиваем международный лизинг со вместно с НП «Лизинговый союз» России и профильными ассоциациями Кыргызстана, Армении, Казахстана и Беларуси, устраняя правовые бреши — от двойного налогообложения до унификации практик.

МЕЖДУНАРОДНЫЙ ЛИЗИНГ КАК ИНФРАСТРУКТУРА РОСТА
Международный лизинг для Армении — это универсальный способ расширять производственную базу и экспорт, не замыкаясь на внутреннем рынке. Он соединяет поставщика, лизингодателя, банк и страховщика в одну управляемую конструкцию, где риски распределены и прозрачны. В трансграничных сделках мы чаще имеем дело с высокотехнологичными, узкоспециализированными активами с низкой ликвидностью на вторичном рынке. Поэтому обеспечение работает лишь вместе с объединенной системой хеджирования: страхование, сервисные контракты, гарантии поставщика, иногда — участие банка. Там, где такие рамки выстроены, сделки идут быстрее и получаются дешевле.

Ключевой барьер — разнобой норм и практик в разных юрисдикциях. Нам нужны согласованные определения, признание прав на предмет лизинга, понятный порядок перехода рисков и сопоставимые требования к документации и учету. Это не повод ждать «идеальной гармонизации». Надо двигаться постепенно, совершенствуя регуляторную практику. Например, экспортный и транзитный лизинг позволяют закрывать сделки без капитального ремонта законодательства. Каждая завершенная сделка высвечивает конкретные несостыковки — их и нужно системно устранять.

Уверен, что создание Совета по международному лизингу при участии НП «Лизинговый союз» и профильных ассоциаций Армении, Казахстана и Беларуси — своевременный шаг. Он даст проектные офисы при ассоциациях, единые чек-листы, дорожную карту по праву и налогам, страхованию и рискам, цифровым стандартам и кадрам. Это и есть переход от разговоров к механике международного лизинга в армянской практике.

ОТ ПИЛОТОВ К СТАНДАРТАМ И ДЕШЕВОМУ ФОНДИРОВАНИЮ

Для казахстанского бизнеса лизинг — это быстрый доступ к оборудованию без классического залога, с гибкими графиками и возможностью «вшить» сервис и обучение в сделку. По мере выхода компаний в международные цепочки поставок лизинг становится естественным «мостом»: он привлекает инвестиции, удешевляет фондирование через стандартизацию процессов и повышает прогнозируемость для инвесторов.

Разница норм и правил в каждой стране — преодолимое препятствие. Но не менее важны «люди и процессы»: стандартизация квалификаций и взаимное признание аккредитаций участников всей цепочки — от оценщиков и сервисных компаний до страховщиков. Когда специалисты в Алматы и Ереване работают по сопоставимым регламентам, сделка проходит без «переводчиков», а риски — ниже.

Важен и вопрос цифровизации. Рейтинг, листинг, унифицированное раскрытие и электронный документооборот ускоряют скоринг, снижают транзакционные издержки и напрямую удешевляют ресурсы. В Казахстане уже есть лизинговые компании — участники биржи с инвестиционными рейтингами; расширение этого пула повышает доверие и открывает доступ к длинному капиталу. Параллельно нужно договориться о страховых стандартах для трансграничных проектов, чтобы закрывать технологические и логистические риски.